Слишком сложно? Тогда запросите консультацию специалиста!
Наша компания занимается тем, что помогает студентам выполнять различные учебные работы на заказ. Вы можете ознакомиться с перечнем выполняемых работ, а так же с их стоимостью на странице с ценами.
Глава
Мифопоэтика средового восприятия
Актуальность мифологического мышления • Структурные особенности мифопоэтической модели мира • Эмоциональный потенциал архетипов • Мифологемы средового восприятия • Особенности эмоционально-чувственного переживания городской среды
Актуальность мифологического мышления
Предметно-пространственная среда — специфический объект дизайнерского проектирования. Разработка нового подхода к созданию средового объекта была обусловлена прежде всего тем, что переживание его человеком отличается от преимущественно рационального восприятия отдельной вещи, например, рабочего инструмента или даже модного аксессуара, указывающего на принадлежность его владельца к определенной социальной или субкультурной группе. Восприятие человеком вещи связано с фиксированием на ней внимания, а уже одно это частично выводит его из-под бессознательной в духе «двадцать пятого кадра» подверженности влиянию объекта на его эмоциональный строй. Но для того чтобы в процессе проектирования дизайнер имел возможность соотнести себя со «средовым субъектом», ощутить его ожидания, активно сопереживать ему, необходимо понимать источник своеобразиявосприятия среды.
Однако если такое отличие и существует, и мы его определим, все равно ведь не только переживание любой среды, но и любое переживание среды индивидуально, специфично! Так в чем же черпает отвагу дизайнер, пытаясь вообразить себе ощущения и переживания моделируемого им «средового субъекта», который наверняка отличается от него самого? Как вообще возможно идентифицироваться с адресатом своего проекта настолько, чтобы это пересилило принципиальную субъективность переживания среды?! Но не содержится ли в самом своеобразии средового восприятия каких-либо свойств, обобщающих психологические индивидуальности отдельных случаев? Иными словами, при всех различиях средового восприятия, при всей его вариативности— нельзя ли найти некоего инварианта,того, «что остается неизменным при аннигиляции различий» [6, с. 473] возможных вариантов?
106 Глава 5. Мифопоэтика средового восприятия
Новое понимание объекта проектирования, как уже говорилось, вызрело в отечественном дизайне на основе развивающихся в науке экологических и системных представлений, которые в 70-е — начале 80-х годов уже стали заметным культурным явлением. Однако интеллектуальная питательная среда для утверждения новой проектной парадигмы одним этим не исчерпывалась. Одновременно с системными исследованиями тогда же в нашем культурном обиходе появляются многочисленные, вызывающие живейший интерес публикации по вопросам структурной антропологии: К. Леви-Строс [26], проблемам семиотики культуры: Ю. М. Лотман, В. В. Иванов, В. Н. Топоров и др. [48], психологии восприятия: Л. Леви-Брюль [25], а также вопросам изучения фундаментальных свойств «до-логического», то есть мифологического мышления: Э. Я. Голосов-кер [15], Е. М. Мелетинский [36] и др. В этих публикациях рядом авторитетных авторов утверждается глубокая укорененность в сознании современного человека черт архаического мировосприятия, актуальность наряду с рациональным научным мышлением его древнейших механизмов. На фоне этих исследований пришлось осознать довольно неожиданное для привычных представлений утверждение: «...Познавательные возможности мифологического мышления (в частности, его особая полнота за счет включения эмоционально-интуитивного начала) и историческое сосуществование мифологического и научного мышления не позволяют рассматривать первое исключительно как несовершенного предшественника второго. ...Мы можем рассматривать мифологическое и научное мышление синхронически как два логических "типа" или "уровня"» (Е. М. Мелетинский).
В вышедшем в 1980 году первом издании энциклопедии «Мифы народов мира» [40] отмечается, что некоторые особенности мифологического мышления сохраняются в нашем сознании наряду с элементами философского и научного знания, рядом с использованием строгой научной логики. Но еще в 70-е годы в отечественных публикациях обосновывалось, что «вполне можно говорить и об интеллектуальном интересе мыслящего современного человека к такому явлению, которое, протягивая ниточку из древнейших эпох цивилизации, связывает свойственные им миро- и жизневосприятие с новейшими представлениями нашего времени (в отличие от чисто эволюционной точки зрения, господствовавшей в XIX в.)». «С новейшим представлением времени в теории относительности этиологи и лингвисты сближают концепцию, которая вскрывается в мифологии и языках многих народов, находящихся за пределами основных цивилизаций Старого Света». «...Возврат к мифологическому представлению об особом "доначалыюм" времени можно было бы видеть в современных космогонических гипотезах...» (В. В. Иванов). Наконец, носитель архаического сознания «выработал идею изоморфизма — одну из ведущих концепций не только современной математики, но и науки вообще» (Ю. М. Лотман).
В это же время, со ссылкой на открытия, сделанные в области психологии 3. Фрейдом, К. Г. Юнгом, в общекультурных представлениях устанавливается равноправность рациональных и иррациональных структур сознания, реабилитируются такие бессознательные психические процессы, внимание к которым еще недавно в понимании большинства людей связывалось с «отсталостью» и «мракобесием».
Структурные особенности мифопоэтической модели мира 107
В публикациях того времени отмечается даже, что «важным аспектом новой научной парадигмы является вписанность мистического мышления в философские основания современной науки» (В. Алтухов).
Исследования, посвященные специфике восприятия мира архаическим сознанием, привлекают особое внимание части дизайнеров-культурологов. Парадоксальность отмеченных в предыдущей главе проблем, которые ставит перед исследователем средовой объект, снимается помещением этого объекта в смысловой контекст мифопоэтического постижения мира, сближением средового поведения человека с механизмом древнейших структур его сознания.
Архаический человек воспринимал мир целостно и не вычленял себя из этого мира, отстраненная позиция наблюдателя — плод более позднего сознания. Эмоционально включенный в среду человек, полностью адаптированный к этой среде, переживает ее как естественное продолжение самого себя. Полнейшая «растворен-ность» его в среде распространяется на все аспекты восприятия, то есть в основе «средового» восприятия лежит мифологический тип сознания,до сегодняшнего дня сохраняющий свою актуальность.
