Слишком сложно? Тогда запросите консультацию специалиста!
Наша компания занимается тем, что помогает студентам выполнять различные учебные работы на заказ. Вы можете ознакомиться с перечнем выполняемых работ, а так же с их стоимостью на странице с ценами.
Боже, и я думал, что мы сможем с Эйсом проскользнуть незамеченными.
Я просканировал море людей, которые стояли вокруг высоких столов небольшими группками, смеялись и болтали с напитками в руках, и наклонил голову вверх, чтобы рассмотреть изысканную розовую и фиолетовую ткань, растянувшуюся по потолку. Это было потрясающе в том смысле, что она стекала в каждом углу помещения, а затем опускалась на пол, создавая интимную и элегантную атмосферу. Я узнал нескольких актрис «золотой эпохи», которые висели на стенах, и подумал, что это идеальное место для прощальной вечеринки в киноиндустрии. Освещение было тусклым, люстра в центре раздавала слабое свечение, и здесь были кабинки, выстроившиеся в ряд у стен, в форме U и выглядели достаточно уютными, чтобы заснуть, если кто–то захочет, хотя в настоящий момент все они были востребованы и забиты под завязку.
Хотя все пространство было огромным, и я видел свободные участки в небольшом отдалении от нас и всей толпы, казалось, стены давили на нас. Я придвинулся чуточку ближе к боку Эйса и не упустил, как его пальцы крепче впились в мои. Мое сердце громыхало от всех взглядов, направленных на нас, и я чувствовал, как горели мои щеки, как будто мы были в центре внимания под долбанным прожектором. Я сглотнул комок в своем горле и только собрался сказать Эйсу что–то остроумное, замершему рядом со мной, как он сделал шаг вперед и начал пробираться сквозь знакомые лица съемочной команды и актерского состава и не–очень–знакомые, но любопытные взгляды их партнеров.
Создавалось такое ощущение, что мы жуки под микроскопом. Теплая ладонь Эйса тесно прижималась ко мне, пока он шагал, опережая меня, и с каждой группой людей, что мы проходили, я не упускал из внимания, как они улыбались Эйсу, но затем их взгляды опускались ниже к руке, которая обнимала меня. Любопытные ублюдки.
Нет и шанса, что Эйс упустил то изучение, под которое мы попали, продолжая идти через толпу, но здороваясь со всеми без исключения, кто сумел сказать «привет», вместо того, чтобы лишь глазеть нас. Он направлялся к затемненному углу, который я заметил, когда мы вошли в «After Dark», и прямой и самый короткий путь, что он выбирал, был знаком, что ему требовалась минутка, или возможно пять, чтобы собраться.
Когда мы добрались до пустого пространства, он завел меня так, что я оказался спиной к стене, а он поймал меня в ловушку, предоставляя всем присутствующим гостям фантастический вид на его широкую спину и ничего больше.
– Господи, – сказал он.
– Ага, – ответил я. – Напряженно, а?
Эйс покачал головой.
– Я решил, что все будет нормально, знаешь ли? Мы работали с этими людьми ежедневно. Они видели нас и знали, что мы вместе, но…
Ему не обязательно было говорить это. Я знал точно, что он испытывал. Мы оба думали, что сегодня удачное время для нашего первого в некотором роде выхода в свет, как пары, потому что это будет среди друзей Эйса и наших коллег. Но мы не учли нескончаемые сплетни и шепотки от их партнеров и супругов, которые начались в ту секунду, как мы покинули Рили и ее друзей.
Мда, в ту секунду, как мы оставили их и ступили на вечеринку, где стали «развлечением». И если это заставляло нервничать меня, кто жил открыто и был горд большую часть своей жизни, то я понятия не имел, что должно быть испытывал Эйс.
Пытаясь сохранять спокойствие хотя бы самому, и тем самым успокоить его, я сжал свои пальцы вокруг него и стрельнул своей самой обаятельной улыбкой.
– Эй, они такие любопытные.
– Они охреневшие любопытные придурки, вот кто они, – сказал он, выражая ту же мысль, что появилась у меня раньше. – Можно подумать, что они никогда раньше не видели гей–пару. А живя в ЛА, я считаю, что в это очень трудно поверить.
Я слегка пожал плечами, понимая его досаду, но мне пришлось добить его еще больше.
– Они никогда не видели тебя частью гей–пары. Ты серьезно считаешь, что они бы смотрели так, если бы я вошел сюда, держась за руку с каким–то парнем?
Эйс нахмурил свои брови.
– Как насчет того, чтобы не проверять эту теорию?
Я усмехнулся, и Эйс шагнул ближе.
– Я и не говорил, что мы должны. Все, что я хотел сказать, – что это из–за тебя все пялятся на нас.
Эйс вздохнул, и я потянулся, чтобы погладить его по щеке, но в последнюю секунду остановил себя. Когда его взгляд вспыхнул и сместился на руку, которую я только что опустил, он сказал:
– Даже на секунду не задумывайся, что ты не можешь сделать со мной то, что хочешь прилюдно. Если ты хочешь прикоснуться ко мне, то ты, блять, прикасаешься ко мне. Именно в этом причина нашего камин–аута, помнишь?
Ооох, мне это нравится. Раздраженная реакция, потому что я не коснулся его. Поэтому я поднял руку и провел пальцами вдоль его челюсти.
– Полагаю, что ты можешь оказаться прав. Но не думаю, что мне стоит делать все, что я захочу…
Это заставило губы Эйса растянуться в ухмылке.
– Нет?
– К сожалению, нет. Не думаю, что это подходящее время или место для подобного. Но если ты заинтересован в представлении на публике, я знаю местечко, куда мы могли бы пойти, – я убедился, что сексуально подмигнул плюс к этому, когда вспомнил о той запретной ночи в «Syn». Взгляд Эйса опустился на мои губы, и я пробежался языком по ним, продолжая сбивать его с мысли, что он являлся объектом внимания многих, а вместо этого давал ему понять, что он был единственным центром для одного – меня.
– Ты пытаешься отвлечь меня? – спросил он.
Я наклонил голову вбок.
– А что? Получается?
Когда Эйс сократил оставшийся промежуток между нами и опустил свою голову к моей щеке, я практически задохнулся. И не из–за того, что он был так близко, а из–за того, что он находился так близко на людях. Это творило нечто серьезное с моим сердцем и членом.
– Напоминанием тебя обнаженного с моим членом внутри? Угу, почти на сто процентов отвлекает от всего, – ответил он.
Я собирался повернуть голову и сообщить Эйсу, что я не только отвлекал, но и был по–настоящему, офигенно твердый, но до того, как я успел, в поле моего зрения показалась пара. Я узнал мгновенно женщину – Мэллори Джейкобс. Она играла жену Эйса в «Мятеже 2» и была одной из «милашек» Голливуда. Ее длинные, светлые волосы были переброшены на одну сторону и водопадам спадали по ее левому плечу красивыми, мягкими волнами. Однако, соблазнительное красное платье, что было на ней, с глубоким вырезом на груди довольно очевидно доносило, что вместе с тем, что ее называют «милашкой», Мэллори более чем способна нацепить на себя маску соблазнительницы, а рядом с ней был…о боже мой, это правда Алехандро Мэндэз? Если Мэллори была милашкой Голливуда, то ее давнего парня прозвали ее принцем. Истинная Голливудская знать, именно так, с их–то родителями, которые являлись большими шишками в этой индустрии. Он обнимал ее за талию и утыкался своим носом в ее шею, а она хихикала, и когда ее взгляд встретился с моим, она ухмыльнулась, как если бы мы оба были в одинаковом, затруднительном положении. Затем губы Эйса прижались к моей шее, и я усмехнулся точности сравнения, и нежно толкнул его.
– В чем дело? – спросил он, его глаза мерцали, и я покачал головой, потому что, Господи, он был великолепен, когда возбуждался, и румянец на его щеках намекал, что возбуждение становилось все больше, чем дольше мы стояли в нашем темном углу.
– Ни в чем, но у нас появилась компания. Поэтому веди себя прилично, красавчик.
Он выпрямился, его плечи напряглись, но когда он повернулся и заметил Мэллори, я обратил внимание, как все его тело видимо расслабилось.
– Эйс, – она лучезарно улыбалась, расцепила руки Алехандро и шагнула вперед. Она обхватила ладонь Эйса между двух своих и приподнялась на носочки, чтобы прижаться поцелуем к его щеке. Эйс вернул этот ласковый жест, и я знал из разговоров, которые были у меня с ним последние несколько недель, что дружба между этими двумя была искренней. Он множество раз выражал, как бы ему хотелось, чтобы у Мэллори было больше существенных ролей, потому что тогда, по крайней мере, будет одно дружелюбное лицо на площадке. И это правда, у нее было меньше строк, чем у меня, так что в действительности она пробыла на съемках парочку дней.
– Мэллори, боже, я счастлив видеть тебя здесь сегодня, – произнес Эйс.
– Требуется некоторая моральная поддержка? – спросила она, когда ее взгляд снова нашел мой, и она улыбнулась.
– Можно и так сказать. Или, может, я просто хочу присутствия еще хоть кого–то здесь, чтобы перевести с нас центральное внимание.
Она сверкнула своей знаменитой улыбкой и пробежалась ладонью вдоль руки Эйса, чтобы сжать его пальцы.
– Не хотелось бы добивать тебя, но я могла бы войти сюда голой, и никто бы не оторвал своих взглядов от вас двоих.
– Мне кажется, в это трудно поверить, Мэллори, – сказал Алехандро, когда остановился рядом с ней, и она скользнула рукой в изгиб его локтя.
– Я тебя умоляю, про этих двоих только и говорит весь город… черт, да весь мир.
– Спасибо за напоминание, – сказал Эйс, и когда я подошел к нему, он автоматически потянулся за моей рукой, и от этого небольшого жеста мое сердце глухо забилось.
– Приятно, наконец–то, познакомится с тобой, – сказал Алехандро, протягивая свою руку Эйсу. – Я несколько раз хотел поработать с тобой, и когда Мэллори сказала, что снимется в одном из твоих фильмов, я знал, что это станет идеальным местом, чтобы сделать бесстыжий шаг. Я – большой фанат.
Вау, подумал я, наблюдая, как два необыкновенно красивых мужчины пожимали друг другу руки. Вот это комплимент. Я едва остановил свою челюсть от падения, но если бы Алехандро просто сказал мне, что он мой фанат, я бы, наверное, грохнулся в обморок. И по сути, я находил чрезвычайно сложным не вести себя, как фанат, перед этой парочкой. Но Эйс, как и всегда, спокоен в трудных ситуациях. Спокойствие на его лице было невероятным. Потому что это были его коллеги, Мэллори – его подруга, что я постоянно, похоже, забывал, до вот таких вот моментов, когда испытывал благоговение перед знаменитостью, а он был…ну, Эйс был собой. Это часть его мира.
– Ты издеваешься? – усмехнулся Эйс. – Я уверен, что не отказался бы. Если мы сможем найти правильный проект, тогда это будет просто фантастически.
Мэллори ткнула локтем своего мужчину и нацелила в его сторону ослепительную улыбку.
– Видишь, я же говорила. Нет нужды нервничать.
Я бросил взгляд на волевой профиль Эйса, когда он улыбался этим двоим, и в этот момент, я находился в полном и совершенном восторге. У этих двоих было три награды Кино Академии, и у них чуть ли голова не кружилась от перспективы работать с моим мужчиной. И будь я проклят, если это не вызывало во мне гордость, что я именно тот, кто находился в его объятиях.
И как будто Эйс прочитал мои мысли, он повернулся лицом ко мне, а затем слегка нахмурился.
– Прошу прощения за свою невоспитанность, – произнес он, а затем снова перевел взгляд на них двоих. – Я был настолько одержим идеей скрывать все, что даже забыл представить…
– Дилан Прескот, – сказал Алехандро вместе с Мэллори, которая сказала:
– Я умоляю тебя, Эйс. Можно подумать, что кто–то в этом помещении не знает имени твоего очаровательного парня.
Видели. Я знал, что нравлюсь ей.
– Очаровательного… – произнес я, протягивая свою руку в ее сторону. – Принимаю это.
Когда она пожимала мою руку, она рассмеялась, и это было настолько мило, что я не смог сдержаться и ответил тем же.
– Ну, тебе стоит, ты – потрясающий. Эйсу повезло отхватить тебя до того, как успел кто–то другой.
Я уже собирался ответить, когда она выпустила мою руку, я взял руку ее парня, чтобы пожать. Но когда я поднял на него глаза и встретился с его пристальным, прямо в лоб, взглядом впервые, я запнулся в своих словах.
– Я…эм...аам…
Эйс усмехнулся рядом со мной, и я хотел развернуться и врезать ему по руке. Уж простите, Алехандро было очень привлекательным мужчиной. Очень знаменитым, привлекательным мужчиной, и это казалось странным, находится под пристальным вниманием того, кто казался таким знакомым, потому что ты видел его на больших экранах. Нет и шанса, что обычный человек, т.е я, не проглотил бы свой язык.
– Приятно познакомится, Дилан, – сказал Алехандро.
Отыскав свой язык, мне удалось как–то согласиться с тем, что мне тоже приятно с ним познакомится, а затем момент был упущен, и Эйс заговорил снова. Они втроем обсуждали свои выходящие фильмы и о том, чем будут заниматься потом, а затем они расспросили, чем занимался я, пока Мэллори не заявила, что готова к еще одному шейку «Сучка с острова Гиллиган», Алехандро извинился, и они оба ушли в сторону бара.
И пока я наблюдал за их уходом, я удерживал взгляд на них, пока они прокладывали себе путь через толпу.
– И что скажешь начет золотой пары Голливуда? – спросил Эйс, его губы были у моего уха.
Мой взгляд преследовал этих двоих, пока они не достигли стойки, и когда Мэллори наклонилась, чтобы пообщаться с барменом, Алехандро бросил взгляд через свое плечо, и в этот раз, когда его глаза встретились с моими, а губы изогнулись в распутной улыбке, у меня перехватило дыхание, и я закашлялся.
Нет.
Ни единого долбаного шанса…
Но когда Алехандро пробежался взглядом по мне, а затем метнулся им между нами с Эйсом, я понял, что попал в самую точку.
Видимо, у золотой пары Голливуда секрет побольше, чем наш, потому что я был на сто процентов уверен в тот момент, что смотрел на…Зорро.
***
Когда Мэллори и Алехандро ушли в сторону бара, я пытался придумать предлог, с которым бы согласился Дилан, чтобы мы могли уйти отсюда, когда его пальцы сжались вокруг моих. Я повернулся, чтобы встать перед ним и заглянуть в его дикие глаза, и тогда я заметил, как распахнулся его рот, и казалось, что он подбирал слова.
Поражен–звездой. Я знал, насколько пугающими могут быть встречи с людьми настолько знаменитыми, как эти двое. Я был развалиной на своей первой вечеринке по окончанию съемок, но от этого Дилан становился только более покоряющим. Это невинность и ….Погодите–ка. Щеки Дилана приобрели ярко–розовый оттенок, и он продолжал бросать взгляды поверх моего плеча, что заставило меня самого оглянуться. Но все, что я увидел, были Мэллори и…
Ох. Твою. Блять. Мать. Мой взгляд встретился с темными глазами Алехандро, и когда он мазнул языком по своей нижней губе, у меня появилась незамедлительная реакция на то, что он наблюдал за нами, как и в ту ночь в «Syn».
Нет. Я же нафантазировал себе все это, так? Но единственный взгляд на пылающее лицо Дилана сказал мне, что это не так. Он тоже его узнал. Узнал незнакомца, который стоял напротив нас, как и Алехандро сейчас, в тени, пока я трахал Дилана, как никогда раньше.
– Эйс, – прошептал Дилан и покачал тихонько мое запястье. Но это было бесполезно; такое ощущение, что я находился в каком–то трансе. Загипнотизирован мужчиной, который все еще наблюдал за нами.
Как я упустил это? Как так получилось, что улыбаясь и находясь так близко, я не сложил все вместе, но издалека только одного намека на самодовольную ухмылку полную секса хватило, чтобы я вернулся обратно в клуб, находясь глубоко внутри Дилана, кончая одновременно с мужчиной, которому только что пожимал руку?
Я оторвал свой взгляд от того, который только что пошатнул весь мой мир в мгновение ока, и посмотрел на Дилана. Я не был уверен, что ожидал увидеть, но не лихорадочное возбуждение. Выражение его лица было напряженным, на грани, но не потому, что он был раздражен или волновался. О, нет, у Дилана был взгляд, про который он однажды сообщил мне одну конкретную вещь. Он выглядел так, как человек, который хочет быть оттраханым. И я был именно тем, кто подходил для этой работы.
Я уставился на выход из «After Dark» и сказал таким хриплым голосом, что удивился, что он вообще меня услышал.
– Давай убираться отсюда.
И ответ Дилана кивком был всем согласием, которое мне требовалось.
Глава 10.
________________
Взорви (мой мозг)
Было очевидно, когда мы пролетали мимо друзей Эйса, что ему плевать на тот факт, что мы провели меньше часа на вечеринке, которую он спонсировал. Но я не считал, что он до конца осознавал, что подумает пресса, когда мы вышли на тротуар и посыпались вопросы.
– Вас попросили уйти оттуда пораньше?
– Это правда, что вы разругались с командой?
Господи, я даже не задумывался, что это будет выглядеть именно так, если мы уедем раньше, и Эйс замешкался на краткое мгновение. Однако две секунды спустя, мы снова двинулись, и, слава богу, наш водитель припарковался прямо напротив входа в «Licked», так что мы пробрались сквозь толпу и запрыгнули на заднее сидение Линкольна в рекордные сроки.
Когда мы тронулись с места, я продолжал держать голову низко, не желая предоставлять им отчетливый снимок, но когда ладонь Эйса опустилась на мое бедро, мой взгляд метнулся в его сторону. На его губах играла улыбка, пока он легонько водил пальцами по материалу.
– Что? – спросил он. – Я не могу…успокоить своего парня, после того как прошел толпу голодных папарацци? – Лихорадочный блеск в его глазах, появившийся несколько минут назад не ослаб: он стал даже более интенсивным в темном, замкнутом пространстве.
– Прямо здесь? В машине? – прошептал я.
Он прикусил свою нижнюю губу, а его пальцы подкрадывались к моему члену, который твердел в ускоренном темпе из–за возбуждения, которое, я ощущал, излучалось от Эйса. Я умудрился как–то оторвать свой взгляд от него, чтобы посмотреть в окно, и убедиться, что снаружи никто не заглядывал в салон, но мог разглядеть только огни зданий, которые мы пролетали со свистом.
Я пытался говорить тише, чтобы водитель не услышал меня, и кивнул в его сторону, спрашивая при этом:
– Что если кто–то увидит?
– Полагаю, нам нужно быть осторожными.
Ну, блять.
– Любишь рисковать, да, Локк?
Когда он перекинулся через сидение и прижался губами к моей щеке, я проглотил стон, который хотел ускользнуть на свободу.
– Обычно нет… – сказал Эйс, а затем, выбрав этот момент, коснулся плоской ладонью молнии моих штанов. – Но в последнее время стал упорнее сдерживать свои порывы.
Я повернул голову и на его лице, так близко расположенном ко мне, я видел, как расширялись его зраки, и от этого мое дыхание только участилось.
– Позволь мне коснуться тебя, – сказал Эйс, и я на автомате посмотрел на водителя, но Эйса это не устроило. Его ладонь оставила место между моих ног, чтобы подняться вверх и вцепится в мой подбородок, поворачивая мою голову так, чтобы я был лицом к нему, а его взгляд опустился на мои губы. – Не волнуйся насчет него. Ему хорошо платят.
Ага, черт, кого я пытался обмануть? Можно подумать, я бы не позволил ему сделать то, что он только что попросил. Я скользнул чуть ниже по кожаному сидению и развел ноги. Взгляд Эйса упал на мои движения, и когда рокот одобрения покинул его горло, я был близок к тому чтобы заскулить.
– Видишь, если не упираться то, не так трудно добиться этого, так ведь?
– Может, прекратишь повторять это слово? – я понимал, что говорил практически раздраженно, но Господи Боже, я знал свои пределы и сидеть на заднем сидении Линкольна с ласкающим меня ладонью Эйсом….блять…
– Упираться? Это перестать повторять? Потому что, Дилан, – произнес Эйс, его теплое дыхание призрачно отражалось на моих приоткрытых губах, пока он продолжал удерживать меня в плену своим властным взглядом. – Мой член упирается сильнее, чем никогда, с того момента как я догадался, что Алехандро тот, кто следил за нами, когда я затрахал тебя до того состояния, что ты не смог идти в ту ночь в «Syn».
Проклятье…Напоминания, почему мы вернулись в эту машину, несущуюся через весь город к дому Эйса, было достаточно, чтобы дернулись вверх мои бедра под давящей ладонью Эйса.
– Помнишь свои ощущения? – спросил он, смыкая пальцы на эрекции, над которой был безнадежно потерян мной контроль. – Когда я раздевал тебя догола, и как ты вставал на колени передо мной? Перед ним?
Я ахнул и потянулся вниз своей рукой, чтобы прижать его крепче к себе. Однако, это было недостаточно. Я не думал, что было бы чего–то достаточно, чтобы ослабить ноющую боль, которую он зародил своими словами, образами и яростным способом, которым удерживал мой взгляд, как вроде какого–то сексуального волшебника.
– Помнишь? – спросил он снова, на этот раз интонацией, которая подразумевала, что он ждал ответа.
Я поднял руку оттуда, где она покрывала его, и вцепился в его бицепс, настолько сильно, что даже удивился, что он не попросил меня отпустить его. Но если он собирался сорвать мною горячо любимую крышу своим чертовски пошлым воспроизведением одной из самых жарких ночей в моей жизни, тогда мне нужно хоть что–то, за что держаться.
– Да, – ответил я томным голосом, который даже не узнал. Эйс медленно кивнул, а затем потянулся, чтобы выпустить мою рубашку из штанов, позволяя ее длине упасть поверх того места, где секундой ранее касалась его рука.
Когда мой взгляд скользнул к окну, чтобы узнать притормозил ли кто–то рядом с нами или висит у нас на хвосте, голос Эйса переключил меня обратно на него.
– Закрой глаза, – попросил он, и я недоверчиво уставился в ответ. – Представь, что мы снова там…в «Syn»…все взгляды устремлены на нас, когда я прикасаюсь к тебе.
Его рука переместилась под мою рубашку, и он расстегнул пуговицу моих штанов, а затем потянул молнию вниз. С дьявольской улыбкой на лице, его пальцы нырнули под мои боксеры, и хоть моя рубашка как–то прикрыла, что его пальцы – блять – сомкнулись на мне, я все равно ловил себя на подглядывании в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что водитель не обращал на нас внимания.
– Я больше не буду тебя просить, – произнес Эйс, его хватка на моем члене усилилась, но он не двинулся дальше, не давал мне фрикций, в которых я так нуждался, поэтому, когда мои бедра дернулись вверх, он покачал головой. А затем его ладонь начала отстранятся, и я быстро перехватил его запястье, чтобы остановить.
И пока он ждал того, что я сделаю, я старался очистить голову ото всего, кроме мужчины, сидящего рядом и осмелившегося сделать мне приятно. Закрыв глаза, я позволил своей голове откинуться на подголовник и толкнуть его руку обратно в свои трусы. Когда его палец закружил по головке моего члена и затем размазал смазку вниз по всей длине, я проглотил стон, который жаждал прорваться на свободу. Он снова сомкнул на мне ладонь, сжимая основание моего члена, и медленно – мучительно – начал подниматься вверх.
Когда его кулак прогладил дорожку вниз и сжался у основания члена, мои глаза распахнулись, и я скрипнул зубами. Губы Эйса изогнулись в нахальную улыбку того, кто знал, что он держал всю власть в этой ситуации. И одновременно с тем, что он сводил меня с ума, тот факт, что он чувствовал в каком–то роде свободу рядом со мной, доводил меня до настоящего, долбанного восторга.
Неужели всего лишь несколько недель назад мне было нельзя даже быть замеченным в машине вместе с ним? А сейчас мы здесь…боже мой…
– Что–то не так, Дилан?
Хриплый звук моего имени заставил меня потянуться к его лицу, и кода я обхватил его щеку своей ладонью, я искал в его глазах любой намек на сопротивление, любой намек на то, что я не должен делать то, что знал, было предельно ясно написано на моем лице. Когда я не нашел ничего, кроме жесткого движения по моему члену, тогда я понял: этот издевающийся засранец – мой.
Я пробежался ладонью по его шее и потянул на себя, чтобы смять его губы своими. Давление вокруг моего ствола возросло, когда я врезался своим языком между губ Эйса и сплелся вместе с ним, и когда он начал по–настоящему заниматься мной, я не смог бы удержать свои бедра на месте, даже если бы от этого зависела моя жизнь.
Я скользнул пальцем по тыльной стороне его шеи и по его коротким волосам, пока не обхватил его затылок, удерживая его там, где хотел. Чертовски жарко. Я хотел развернуться к Эйсу, заползти на его колени, и оттрахать кулак, который надрачивал мне. Но не имело значения, сколько денег Эйс заплатил водителю, существовала разница между тем, что он видел нас целующихся в зеркале заднего вида, и что он увидит меня, сидящим верхом на Эйсе.
Я оторвал свои губы от Эйса и нырнул рукой вниз, чтобы остановить его пальцы. Мое дыхание перешло в придушенные вздохи, и я уперся своим лбом в его и зажмурил глаза. Если я не успокоюсь, то обкончаю всю его ладонь на заднем сидении его проклятой машины, и когда мы приблизились к его огороженному району, я достаточно связано понимал, что не так я хотел закончить это.
– Эйс, тебе нужно…– я пытался оттолкнуть его от себя, когда заметил несколько затухнувших вспышек, но он уткнулся носом в мой висок, а его рука лежала поперек моих бедер, и я не смог бы спихнуть его с себя, если он не хотел этого.
– Расслабься, – произнес он, и у меня перехватило дыхание, и я дернул головой, чтобы потереться своим виском об него. Жест был одновременно ласковым и невероятно интимным, учитывая, где находилась его рука, и бросив взгляд в окно, я заметил несколько случайных вспышек, которые погасли, когда машина проезжала мимо, и я понял, что они ничего не получили в темноте ночи, когда мы сидели за тонированными окнами.
– Но там снаружи камеры, – сказал я. – И я бы предпочел кончить от твоего члена внутри. Как считаешь, сможешь продержаться две минуты, которых хватит припарковаться на твоей подъездной дорожке и пересечь порог двери, а, красавчик?
Эйс освободил мою изнывающую плоть и вытащил свою руку из моих штанов, и когда он провел своим липким, влажным пальцем по моей губе пошлой лаской, я втянул его, и он зарычал.
– Две минуты, – предупредил он. – Я сдержу себя, – и когда машина резко остановилась перед его домом, он сказал. – Молнию застегни, но не трогай пуговицу. От этого только зря потратим чертово время.
О, да, кто в здравом уме ослушался бы этого приказа? Определенно не я.
Глава 11.
_______________
Лестница в небо.
Когда водитель уехал, я повернулся, чтобы увидеть Дилана, стоящего на главном крыльце и прислонившегося к стене в ожидании меня. Его рубашка была выпущена и свисала поверх его штанов, а на лице было выражение, которое кричало только об одном – о сексе.
Я потянулся вниз, чтобы поправить свою эрекцию, перед тем, как направиться в его сторону, и попытался успокоить возбуждение, которое раздирало меня. С момента, как Алехандро наблюдал за нами и поездки обратно, я боролся с желанием сорвать с Дилана одежду и оказаться своим ртом на нем или членом внутри него, и это будет чудом, если я поднимусь с ним наверх в спальню, до того как наброшусь.
И пока я шел туда, где он стоял, его взгляд путешествовал вниз по моей рубашке к штанам, от чего мне стало только сложнее идти, потому что когда он, наконец, поднял свой взгляд на меня, и они столкнулись, я понимал, что он испытывал. Напряжение, электричество, потрескивающее между нами, было настолько ощутимым, что просто удивительно, что воздух не искрил и не шипел, когда мы оказались на расстоянии касания.
– Ты мог войти внутрь. У тебя есть ключи и код, – напомнил я, доставая собственные ключи и вставляя их в замок.
Дилан пробежался языком по своим верхним зубам, его веки опустились наполовину, а свет над нашими головами открывал красный оттенок его щек, когда он оттолкнулся от двери и сделал шаг ко мне, так что весь его перед коснулся моей ладони, руки и ноги.
– Но тогда бы я пропустил это, – ответил он и наклонился, чтобы прижаться поцелуем к моей челюсти.
– Если ты, блять, не остановишься…
– Тогда что? – прошептал он, и впился своими зубами в мою челюсть, когда я повернул ключ, толкнул дверь и снял сигнализацию. Я повернулся, сгреб в горсть его рубашку и притянул ближе, пересекая порог спиной вперед.
– Ты еще спрашиваешь об этом, – сказал я, а Дилан направил в мою сторону улыбку, которая давала понять, что он знает, что делает. Я пинком закрыл входную дверь, пока мои глаза сканировали прихожую, в поисках лучшего места, чтобы… – Дилан…– произнес я, когда он скользнул ладонью по моим штанам.
– Я думал, ты говорил о двух минутах. Тебе лучше ускориться, если ты планируешь сдержать это обещание, Локк…
Когда он отпустил меня и начал отдаляться, я отпустил его рубашку. Он подмигнул мне и повернулся прямо к лестнице. Я последовал за ним, но затем у меня возникла идея получше, и я зацепил его запястье своими пальцами, и потянул, умника, обратно на себя.
– Две минуты говоришь? – переспросил я.
Когда взгляд Дилана сощурился на меня, я силой потянул его обратно мимо размашистой лестницы и за угол. Когда мы добрались до того места, где я именно хотел его, я хищно улыбнулся, развернул его и приложился губами к его уху. Затем я прошептал:
– Думаю, если мы сделаем это здесь, у меня останется несколько секунд в запасе. Руки на перила, Дилан, я собираюсь сделать так, что твои колени к херам подогнутся.
***
Блять, нет ничего горячее, чем Эйс Локк, раздающий сексуальные приказы. Фантазии, которые у меня всегда были о нем, не шли ни в какое сравнение с реальным мужчиной позади меня, и я изумился в тот момент тому, как изменилась моя жизнь. И как бы сильно я не хотел сейчас развернуться лицом к Эйсу, чтобы следить за каждым развратным движением, которое он хотел сделать со мной, я хотел угодить ему еще больше, поэтому вцепился в перила, которые очерчивали лестницу.
– Ты собираешься обыскать меня, Локк? – спросил я и по шире расставил ноги.
– Даже близко нет.
Эйс прижался ко мне сзади, его руки снова расстегивали молнию на моих штанах, а затем он погладил ладонью мой твердокаменный член. Когда я застонал, его толстая эрекция вжалась в мои ягодицы, и я заматерился из–за того, что не пихнул один из тех презервативов со смазкой, когда мы уезжали. И сейчас, когда мы начали, нет ни единого шанса, что я захочу остановиться. Блять.
– Что–то не так? – спросил Эйс, когда нырнул рукой под резинку моих боксеров во второй раз за сегодняшний вечер. Но когда он не добрался до моего члена, ожидая вместо этого мой ответ, я скрипнул зубами.
– Клянусь Богом, если ты не дашь мне кончить в следующие полторы минуты…
Без предупреждения Эйс стянул мои штаны и трусы вниз по бедрам одним слитным движением, оставляя их просто свисать под моей задницей, а затем я услышал звук молнии и разрывания пакетика из фольги.
– То что?
Да, гений, что ты собрался сделать? Черт, если б я знал, но угроза отлично прозвучала в тот момент. Я ломал голову, пытаясь придумать что бы такого сказать наглому мужчине позади себя, но до того как я успел хоть что–нибудь сформулировать, огромные ладони Эйса легли на мои обнаженные бедра, его пальцы разошлись в стороны, пока он устраивал меня именно там, где хотел.
Эйс мурлыкал, и этот гортанный звук проходился вибрацией от моего позвоночника к яйцам, подтягивая их к телу, плотно и напряженно, пока он оглаживал своими ладонями мои ягодицы.
– Это то, о чем я подумал, – сказал он, когда его большой палец поиграл с началом моей расселины. – Ты хочешь этого так же сильно, как и я, и если я захочу, чтобы ты ждал тридцать минут…– прошептал Эйс, лаская губами раковину моего уха. – Тогда ты будешь стоять здесь и ждать эти чертовы тридцать минут.
Ладно….черт. Я теряю терпение. Я потеряю проклятое терпение, если он не прекратит так говорить …
– Ох, черт, Эйс, – застонал я, когда он облизал дорожку вверх по моей шее, а затем положил свою левую ладонь поверх моей, которой я вцепился в перила до белых костяшек. Я чувствовал, как покрытый презервативом член втирался в мою задницу, пока он целовал и посасывал чувствительную кожу под моим ухом.
– К счастью для тебя, – сказал он. – Тридцать минут – в тридцать раз дольше. Боже, Дилан, мне нужно оказаться внутри тебя.
– Дааааа… – произнес я, когда Эйс поднес свою руку, которая лежала на моем бедре к моему рту, и коснулся пальцем нижней губы.
– Пососи его.
Охренеть. Я не уверен, с чего он взял, что я переживу так много, но знал, что существовал единственный способ добиться того, чего я хотел, – если я буду выполнять все, что он просил. Я едва приоткрыл губы, когда Эйс скользнул своим указательным пальцем внутрь к моему языку. Гортанный стон вырвался из мужчины, который мучил меня, когда я закружил языком вокруг его пальца, и ладонь, которая обхватывала меня на перилах, сжалась, а его бедра подались прямо на меня.
Когда я продолжил сосать его, он входил и выходил им из моего рта, как будто трахал его, а затем добавил средний палец к сочетанию.
– Вот так, Дилан. Смочи их как следует. Нужно подготовить и растянуть тебя, перед тем как я… – он замолчал, чтобы провести своим членом вдоль моей расселины, и я услышал, как из меня вырвался всхлип, когда я толкнулся в него, страстно желая ощущения его горячей плоти напротив себя. – Перед тем, как я сорвусь на тебе.
Черт возьми, он издевается? Как я должен думать или контролировать себя, когда он одержим идеей уничтожить любое подобие самообладания, что было во мне? Я был за пределами всего рационального на этом этапе; все, что я мог делать, – надеяться, что выживу, потому что когда Эйс делал так…когда он действительно отпускал себя и работал на откровенном желании, он становился силой, которую приятно созерцать. Вся эта сила и все сдерживаемые эмоции создавали горючую смесь, которая всегда оставляла меня в состоянии близком к параличу, и мне нравилось быть тем, кто срывал его тормоза.
Эйс убрал свои пальцы от моих губ, и когда я ощутил влажные кончики, спускающиеся вниз по моим ягодицам, скользкой дорожкой к моему анусу, я стиснул зубами свою нижнюю губу.
– Нет, нет, не делай этого, – сказал Эйс, массируя подушечками своих пальцев мою тугую дырочку. – Не отказывай мне в удовольствии слышать, насколько сильно ты наслаждаешься тем, что я делаю с тобой.
Когда слово «тобой» покинуло его губы, он толкнулся кончиком пальца внутрь меня, и я застонал.
– Дааа, Дилан…блять, да, вот так, – произнес он, разрабатывая своим пальцем проход глубже, и затем он поднес свои губы к моему уху и прошептал. – Я хочу услышать, как перехватит твое дыхание, когда я погружусь в тебя. И я хочу услышать, как ты кричишь в потолок моего долбанного дома, когда я возьму тебя так жестко, что ты рухнешь с ног, и мне придется уносить тебя по этой проклятой лестнице.
– Ааах, Эйс…– удалось мне выдать, когда он толкнулся двумя пальцами внутрь меня, и прикусил мочку моего уха.
– Сегодня, ты – мой. Твое разочарование, – сказал он, вытягивая свои пальцы, так что я вскрикнул, умоляя его заполнить меня снова – и он выполнил это. – Твой оргазм. Твое удовольствие. И твои требовательный крики, – сказал он мне, выделяя каждое желание выпадом своих пальцев, прежде чем убрать их, чтобы вцепится в мое бедро, и широкая головка его члена прижалась к моей дырочке. – Сегодня, все это – мое, Дилан.
Черт, он попал в самую точку с этим, потому что в ту секунду, я бы отдал свой последний вдох, чтобы заполучить его в себя. К счастью, моего последнего вдоха не потребовалось, только одного слова.
– Даааа.
***
Где–то между перешагиванием порога моего дома и Дилана, прижатого к лестнице, у меня сорвало крышу. Потому что что–то в его виде, стоящем с поднятыми руками, пальцами обхватившими кованные завитки моих перил и его черными штанами, спихнутыми под его задницу , заставило выйти на поверхность ту часть меня, с которой я все еще знакомился. Ту часть, где Дилан давал мне разрешение отрываться на нем, но которую я все еще учился принимать. Большую часть времени мне удавалось умерить ее как–то, обуздать немного. Но и были другие случаи, как та ночь в «Syn» и прямо сейчас, когда у меня было ощущение, что я смотрел сквозь красную дымку желания.
Мой член пульсировал, когда устроился у тугого входа Дилана, и стоны, которые вырывались из него каждый раз, когда я надавливал на эту восхитительную дырочку, заста
Услуги
НАШ СЕРВИС
